Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Аналитика

06/10/2017

История с орфографией. Почему в русском языке так много вариантов?

В Омске побывал известный лингвист Алексей Шмелёв. Он приезжал в Сибирь, чтобы поговорить об особенностях речевых коммуникаций в современной России. Проще говоря, что нужно нынешнему человеку для успешного общения.

Алексей Дмитриевич Шмелёв из очень известной семьи российских лингвистов. По учебникам его отца учились все нынешние преподаватели русского языка и литературы, мама не менее известный российский языковед Татьяна Булыгина. О том, почему в России все спорят, как правильно говорить и писать, но никто не удосуживается посмотреть в словарь, профессор Московского педагогического университета, председатель орфографической комиссии Российской академии наук рассказал корреспонденту «АиФ в Омске».


Профессия по наследству

Наталья Корнееева, «АиФ в Омске»: Алексей Дмитриевич, у вас был шанс стать кем-то другим, а не лингвистом?

Алексей Шмелёв: Не могу говорить об этом, потому что это контрафактические суждения. Мне трудно вообще такое вообразить.

- Ваши работы, которые вы представили в Омске на международной научной конференции «Речевая коммуникация в со­временной России», касаются сложностей и тонкостей в межкультурных коммуникациях. Так в чём же они?

- Есть такие вещи, которые принимаются как само собой разумеющееся. Например, русские люди считают, что мы думаем головой, чувствуем серд­цем. И кажется, что так человек и устроен. По крайней мере он думает головой, и с точки зрения анатомии и физиологии эта же голова участвует и в чувствах. Поэтому носитель русского языка с удивлением узнаёт, что в других языках всё совершенно по-другому: люди могут думать печенью и часто думают сердцем. Носителям французского языка запоминается всё сердцем, и до сих пор сохранились выражения со значением «знать сердцем», что означает - знать наизусть. В разных культурах в разных ситуациях допускается говорение неправды. В некоторых случаях, например, чтобы не говорить «нет» собеседнику. Так, японцы никогда никому не отказывают. Им говорят: «Давайте встретимся в среду», даже если им это не­удобно, они согласятся. Но попросят подумать о четверге.

- Вы возглавляете орфографическую комиссию РАН, чем сейчас она занимается?

- Сейчас необходимо решать, как писать правильно при существующей вариативности и как правильно говорить. Существует очень большое количество таких моментов, на которые лингвисты повлиять не всегда могут. Например, правила написания прописных и строчных букв. В правилах Якова Грота, которые были созданы во второй половине XIX века (и это был самый авторитетный справочник по русскому языку), этому отведено три страницы. Сейчас их более 40. Я считаю, что правила не должны занимать больше трёх страниц, остальное - рекомендации. Думаю, что полезно разрешить писать и так и эдак.

- Кто определяет, как правильно писать иностранное слово?

- Когда форма слова приобретает устойчивое написание и его включают в орфографические словари. Но не всегда пользователи согласны с навязанной, как им кажется, точкой зрения. Например, в словаре рекомендовано писать «риелтор» через Е, тогда как сами специалисты по продаже недвижимости считают, что третьей буквой должна быть Э. И в уставе гильдии риэлторов именно так и пишется. Но я бы рекомендовал заглядывать в словари.

 

Грамотных не меньше

- Правда ли то, что вокруг стало больше безграмотных людей?

- Средний уровень грамотности всегда остаётся примерно одинаковым. Сейчас произо­шли две вещи, которые создают иллюзию, что уровень грамотности падает. Во-первых, не­грамотное письмо приобрело возможность публичности. Раньше человек мог неграмотно написать какое-то личное письмо и его никто, кроме адресата, не видел. А если писали книги, то редакции содержали штат корректоров. Сейчас человек выставляет письмо на всеобщее обозрение. В конце концов это действительно может привести к тому, что уровень грамотности упадёт. Многие люди запоминают графический облик слова. Во-вторых, мне кажется, что падает престиж грамотности. Люди перестали стесняться орфографических ошибок.

- Корректор нашего издания, когда мы спрашиваем, как писать правильно, часто говорит, что есть варианты. Но мне эта возможность выбора не нравится. Что делать?

- Многие люди предпочитают, чтобы у них не было возможности выбора. Как было легко Адаму, когда ему привели Еву и сказали: «Выбирай себе жену». Язык - живой, поэтому вариативность - это объективно существующая реальность. Конечно, меньше всего вариативности в орфографии, потому что с помощью репрессивных механизмов проще поддерживать единственно правильное написание. В тоталитарном обществе делается это легко. Например, революционные матросы изымали литеры из типографий и книги с ятями. Вот в Германии реформы произошли мягче - и до сих пор многие газеты печатают по старой орфографии.

 

Сударь, господин или товарищ?

- Вы принимаете участие в лингвистическом форуме, который проводит наш Омский гос­университет. Это важно, когда подобные мероприятия проходят на периферии, а не в Москве?

- Важно, конечно. Хотя бы потому, что не все имеют возможность выехать в столицу. Я согласился приехать, потому что Омский госуниверситет проводит очень хорошие и, главное, актуальные форумы. Мне хотелось сюда приехать ещё раз, я был здесь в 2009 году.

- Как часто вам приходится бывать на форумах?

- Не больше трёх раз в месяц. Иногда больше, но это очень трудно. Я могу озвучить своё расписание последней недели. Сейчас я в Омске, потом лечу в Москву и читаю лекцию в институте языкознания. После мне предстоит ехать в Торжок. Что касается заграничных поездок, на ум сразу пришло три - в Венгрию, США и Китай.

  - Вы бываете в Европе, меняется ли там язык в связи с тем, что общество лояльно к транс­гендерам, например?

- В случае с трансгендерами лучше спросить, как человек себя воспринимает - мужчиной или женщиной. В американском английском выработалось нечто среднее между he (он) и she (она).

- В русском языке как правильно обратиться сейчас к человеку? Не господин же и госпожа. Или сударь и сударыня.

- Даже герой Грибоедова рассказывал, как люди смеялись над обращением «сударь/сударыня». Товарищ - это было обращение к человеку, с которым есть общность судьбы. Например, товарищ по классу; генерал Ермолов обращался к солдатам так. Социалисты после победы революции обращались именно так, причём это слово обезличено. Что касается пары «госпожа/господин». Вот у Галича есть песня: «Госпожа моя, госпожа, просто режете без ножа!» Наверное,  именно эта пара подходит для обращения к человеку.

Наталья Корнеева
  
Статья из газеты: Еженедельник "Аргументы и Факты" № 40 04/10/2017 


http://www.omsk.aif.ru/society/education/istoriya_s_orfografiey_pochemu_v_russkom_yazyke_tak_mnogo_variantov