Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Аналитика

19/10/2020

Gusli, vera, niet hodakov: как иностранцы изучали русский язык до 1917 года

Публий Овидий Назон, автор «Метаморфоз» и «Науки любви», вероятно, первым из иностранцев тесно познакомился с языком славянских предков. В 8 году нашей эры по неизвестной причине император Август сослал Овидия к берегам Чёрного моря. В «Скорбных элегиях» древнеримский поэт оставил такие строки:

 

«В стужу им мало тепла от просторных штанин и овчины,

Страшные лица у них волосом сплошь заросли.

Лишь кое-кто сохранил остатки греческой речи,

Но одичал её звук в варварских гетских устах.

Ни человека здесь нет, кто бы мог передать по-латыни

Наипростейшую мысль в наипростейших словах.

Сам я, римский поэт, нередко — простите, о Музы! —

Употреблять принуждён здешний сарматский язык».

 

Письма Овидия оставили нам историю о стихах, которые он написал на языке местных народов, но до наших дней они не сохранились. Из мемуаров неясно и то, каким образом поэт в изгнании изучал сарматский язык, на котором в начале первого тысячелетия говорило население территории современной Украины, Казахстана и юга России.

Образ восточных варваров в античной литературе всегда был окутан мраком. Труды Птолемея и Гая Плиния Старшего, в которых скифы выступали как устрашающая угроза цивилизации, были хорошо известны в средневековом мире. Интерес к народам с репутацией грабителей и убийц был невелик.

Язык славян с VII века начинает фигурировать в византийских этнографических и исторических трактатах — в «Стратегиконе» императора Маврикия, в «Истории войн» Прокопия Кесарийского. Древнейшие торговые контакты Руси с Византией относятся к последней трети IX века. Об этом свидетельствуют многочисленные политические договоры, подписанные с обеих сторон.

Изучение русского языка за рубежом становится актуальным только после образования единого Русского государства и его выхода на международную арену в XV веке. Русь посещали послы, купцы, миссионеры и путешественники, которые пытались установить деловые связи с русской стороной. Стимулом оказывается взаимная заинтересованность — Москва торговала с Англией, Голландией, городами Ганзейского союза, через Россию ходили индийские купцы, а шведские — держали подворья в Новгороде и Пскове. Русские торговые корабли свободно ходили в Выборг и Стокгольм.

Cейчас всем известно, что в помощь путешественникам выпускают небольшие карманные словари с набором определённых переводных фраз на разные случаи жизни — разговорники. Идея создания подобных двуязычных материалов приходила в голову и купцам, посещавшим Россию в допетровское время.

 

Из всех рукописных трудов стоит выделить два — «Парижский словарь московитов» и «Русско-английский словарь-дневник» Ричарда Джемса. Первый труд представляет собой рукописный словарь-разговорник русского языка, составленный капитаном Жаном Соважем из Дьепа. Представительство французских купцов прибыло летом 1586 года к устью Северной Двины на большую ежегодную ярмарку. Торговля шла вместе с филологической деятельностью — капитан записывал за покупателями и продавцами живую речь. «Парижский словарь московитов» содержит тематические разделы, посвящённые географическим терминам, названиям профессий, товаров и инструментов. Встречаются бытовые фразы — от торгового лексикона до записей галантных бесед с дамами. В разговоре с местными был усвоен оборот: «мне с тобой не скливо». В словаре Макса Фасмера можно найти толкование слова «скливо» — «тошно», «противно».

Второй труд — биографические записки английского путешественника Ричарда Джемса, сделанные в экспедиции в 1618 году. В своём дневнике он записал песни архангельского края, значения слов, особенности русской звуковой системы. Занимательны некоторые статьи из «Русско-английского словаря-дневника» Ричарда Джемса:

Kissel — шотландская овсянка; уэльская сладкая каша.

Gusli — род русской арфы.

Domra — род русской лютни.

Hohol — пряди волос на голове, которые носят поляки, персы, турки и татары.

Vera — так называют и верование, и религию, а кроме того, и все нравы и обычаи и, когда спросишь о том или другом, отвечают «vera nassha» (вера наша) или «vera takova» (вера такова).

Niet hodakov (нет ходоков) — так ответил мне один, когда я спросил, разве не могут люди идти до Оби.

Оба документа сообщали читателям о торговых реалиях северной Руси, знакомили путешественников с особенностями местного населения, кратко перечисляли полезную в денежных делах лексику.

Изобретение книгопечатания закономерно увеличило книжный оборот. Самый известный труд того времени — «Grammatica Russica» Генриха Лудольфа на латинском языке. Эта книга приобрела широкую известность среди гуманистов эпохи барокко. «Русская грамматика», изданная в Оксфорде в 1696 году, стала первой в мире грамматикой русского, а не церковнославянского языка. В задачи автора входило описание современного разговорного языка. Лудольф внимательно ознакомился со славянской грамматической традицией — использовались русские лингвистические термины, были даны ссылки на знаменитую «Грамматику» Смотрицкого, которую Михаил Ломоносов в будущем назовёт «вратами учёности».

В предисловии автор «Русской грамматики» подчёркивает, что до него на подобное описание не осмеливался ни один иностранец. На первых страницах книги Лудольф благодарит гостеприимную Россию за приём, отдельно выделяя пособничество боярина Бориса Голицына — дядьки (воспитателя) юного Петра Алексеевича Романова. Основу филологического труда составляет описание русского языка — звуковое строение, перечисление частей речи, времён глаголов, падежной системы.

Особенную ценность в «Grammatica Russica» имеют учебные диалоги — это несколько бытовых бесед и один религиозный спор, записанные на слух с параллельным латинским и немецким текстом. На современный русский язык один из отрывков можно перевести следующим образом:

«— Прикажи девке постелить постель и положить чистую простыню.

— Ещё рано ложиться спать.

— Помоги мне снять сапоги и повесь их, чтобы они высохли к завтрашнему дню.

— У огня сапоги испортятся.

— Это не твоя забота. Если я испорчу сапоги, то это же мне и в убыток. Разбуди меня завтра в четыре часа. А ещё принеси мне чистую воду, сегодня ты это сделать забыл».

В приложении содержится большой культуроведческий материал — «Краткие сведения по естественной истории России». Здесь Лудольф говорит о полезных ископаемых, животном мире, растениях и составе населения России.

«Grammatica Russica» стала основой для многих учебных материалов, написанных в XVIII столетии на французском и немецком языках.

Качественно новым произведением считается учебник «Основы русского языка» Жана-Батиста Шарпантье — первый учебник русского языка для иностранцев, опубликованный в России. Отдельные учебные пособия издавались в нашей стране и ранее, с начала XVIII века, но только в 1768 году появился учебник, отражающий целостную концепцию обучения русскому языку. «Основы русского языка» содержат грамматический раздел, упражнения на перевод с русского языка на французский, русско-французские диалоги, сборник пословиц с переводом, толкование русской системы мер и весов.

Важно отметить, что «Основы русского языка» Шарпантье базируются на передовом труде по русистике того времени — «Грамматике» Михаила Ломоносова 1755 года. Жан-Батист Шарпантье, бежавший от революции в Россию, работал в Императорской академии наук в Санкт-Петербурге, где при его жизни учебник издавался трижды.

Интересно взглянуть на материал под названием «Новые немецкие и российские разговоры, разделённые на 130 уроков, для употребления юношеству и всем начинающим учиться сим языкам» Жана Филиппа Вегелина. Данное пособие посвящено разговорной речи. В качестве примеров даны диалоги, в которых участники беседы покупают книги Хераскова, рассуждают о былой и грядущей славе России, размышляют о языках:

«— Возможно ли не разуметь вам по-русски, живши столь долго в России?

— Я до сих пор не имел в этом нужды, потому что все были столь учтивы, что говорили со мною всегда по-французски. Кто знает французский, тот в России не пропадёт».

В учебниках русского как иностранного с XIX века в качестве иллюстраций начинают использовать неадаптированные тексты отечественных авторов. В рассказах об истории цитируют Николая Карамзина, отрывки из «Русской правды» Ярослава Мудрого. С указанием авторов и комментариями печатаются поэтические произведения Михаила Ломоносова, Дмитрия Фонвизина и Ивана Дмитриева.

Но и русские языковеды в это время делали попытки рассказать о составе своего языка иностранцам. Михаил Петрович Бутовский, отец сенатора Российской империи Петра Михайловича Бутовского, в 1809 году издаёт «Грамматику российского языка в пользу польского юношества». Каждая чётная страница учебного пособия написана по-польски, каждая нечётная — по-русски. Популярностью пользовалась и «Новая грамматика русского языка для перевода с российского на польский», напечатанная в 1834 году по типу материалов Бутовского.

Российский педагог и издатель Василий Степанович Кряжев в 1826 году пишет «Новые разговоры французские и российские, разделённые на 130 уроков, по образцу Вегелиновых сочинённые». Переводчик Фёдор Васильевич Голотузов в 1889 году впервые издаёт учебное пособие «Русская хрестоматия: книга для перевода с русского языка на немецкий». Языковой материал, отобранный в этих двух трудах, тяготеет к литературности. Здесь нет ориентации на неподготовленного ученика, да и ведение торговых сделок ушло в прошлое — русская политика и русская литература представляются как основной предмет для бесед.

Русская литература во второй половине XIX века оказывается в роли активнейшего «образотворителя» России. В 1887 году с подзаголовком «Из истории русской словесности» выпускаются адаптированные рассказы и повести Николая Гоголя. В том же году выходят сокращённые комедии Фонвизина «Бригадир» и «Недоросль». Для чтения на занятиях в иноязычной аудитории выпускались лирика и проза Пушкина, «Обломов» Гончарова, стихотворения Лермонтова и Жуковского, басни Крылова. Особой популярностью в Европе пользовались адаптированные тексты Толстого и Тургенева.

Писатель и переводчик Соломон Менделькерн издаёт в 1888 году в Лейпциге «Русское эхо: беседы, пословицы и поговорки из русской жизни. Пособие для изучения разговорной речи». В следующем году там же он выпускает «Русскую элементарную книгу для чтения. Текст с ударениями и приложением полного словаря». Обе работы имели широкое распространение из-за удачного подбора интересных и простых текстов с примечаниями и переводом на немецкий язык.

В ближайшем зарубежье русский язык изучали ничуть не меньше. Авторские сборники с заданиями на перевод и сочинение эссе выходили в 1890-х годах в Болгарии и Сербии. Греческие языковеды, изучавшие русскую словесность в Санкт-Петербурге, издавали у себя на родине греко-русские разговорники для путешественников. В школах и университетах использовались адаптированные русские книги.

Преподавание русского языка иностранным учащимся до революции носит по большей части национально ориентированный характер. К каждому иностранному языку создавались русские учебники, до универсального подхода дело не доходило. Тематически строилось чёткое деление: сначала сформировалась торговая сфера общения, затем — политическая и культурная.

Внешний образ страны сильно влияет на её экономическое и культурное взаимодействие с миром и наоборот. Очевидно, что преподавание русского языка как иностранного играет и может сыграть позитивную роль в образе России и в отношениях с другими странами.

Алексей Киреенко


https://www.vatnikstan.ru/history/rki-do-1917/