Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Аналитика

14/03/2019

Оскорбление или фейк: эксперты объяснили, как жить при новых законах

“Пакет Клишаса”, или список нововведений, призванный коренным образом изменить поведение россиян, высказывающих свое мнение на просторах рунета, а также журналистов, информирующих общество о произошедших в стране событиях и явлениях, был утвержден подавляющим числом депутатов и сенаторов.

В случае, если  законы о запрете фейковых новостей и наказании за неуважение власти будут подписаны президентом  РФ Владимиром Путиным, нарушителей ждут серьезные штрафы, а в отдельных случаях - даже арест.

Каким образом новые запреты изменят жизнь россиян? Как ненароком не оскорбить власть и не сотворить фейковую - недостоверную новость? - для otvprim.ru выяснил Андрей Горюнов.

 

О чем законы?

Принятые нововведения представляют собой четыре законопроекта, два из которых запрещают публиковать в СМИ и интернете заведомо недостоверную информацию, создающую угрозу жизни граждан или массового нарушения порядка, в том числе так называемые фейковые новости. Другими двумя законопроектами вводится запрет на распространение информации, “выражающей в неприличной форме явное неуважение” к обществу, государству и государственным символам, Конституции и органам власти.

Авторы принятых законов уверены: они не ограничивают свободу высказывания гражданами своего мнения и не вводят цензуру, ограничивающую деятельность журналистов. Наоборот, данные поправки защищают общество от всякой информации, которая «оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность». А запрет на распространение фейковых новостей, которые выдаются за правду, “защищает жизни и здоровье граждан, служит поддержанию “общественного порядка”.

 

Что с ними не так?

Поправки незамедлительно вызвали множество замечаний, в том числе от самих органов госвласти: “Изначально из правительства и прокуратуры поступили отрицательные заключения, однако потом их позиция изменилась, - напоминает руководитель Центра урегулирования социальных конфликтов Олег Иванов, - Это говорит о том, что вокруг законопроектов развернулась борьба между различными властными «башнями», и в данном случае верх взяла группа «ястребов», поддерживающая курс на «завинчивание гаек» во внутренней политике”, - считает он.

Кроме того, против законов выступил Совет по правам человека при президенте РФ. Эксперты СПЧ предложили отклонить данные поправки, ввиду большого количества неточностей и поводов для злоупотреблений. Выступая в Совфеде, член СПЧ Екатерина Шульман отметила, что “вносимые положения неправомерно ограничивают свободу слова, дают возможность для произвола со стороны правоприменителя, а предусмотренные поправками штрафы разорительны для медиа и  граждан”.

“Основные претензии ко всем законопроектам заключаются в том, что мало кто, включая самих законодателей, толком понимает механизмы их работы, понятийный аппарат достаточно размыт, нечеток, следовательно, труднопрогнозируема последующая правоприменительная практика”, - согласен с позицией СПЧ Олег Иванов. По мнению эксперта, такие понятия, как «неприличная форма», «оскорбление человеческого достоинства и общественной нравственности», «явное неуважение», «незамедлительно», «ограничение доступа» либо законодательно не определены, либо в каждом конкретном случае должны проходить экспертизу: “Теперь человек каждый раз, критикуя власть, будет вынужден задумываться о том, в каких формулировках он это делает” - заключает Иванов.

 

К чему готовиться юзерам и СМИ?

По мнению директора Центра защиты прав СМИ Галины Араповой, «пакет Клироса» предоставляет власти новые цензурные инструменты:

“Возможность во внесудебном порядке блокировать публикации в интернете, в которых власть усмотрит «фейковые новости». Это недостоверные сведения по общественно значимым вопросам, которые содержат угрозу помех работы госорганов, транспортной и социальной инфраструктуры и так далее. Как власть будет оперативно оценивать сведения как «фейк» совершенно непонятно”, - рассказала эксперт. Для проверки сведений на достоверность обычно нужно время, а новый закон не предполагает такой проверки, вводит внесудебную блокировку по приказу Генерального прокурора.

“После чего блокировать будут, как написано в законе, «незамедлительно». Под блокировки попадут любые публикации онлайн, как в Интернет-СМИ, онлайн-проектах, так и у обычных пользователей в соцсетях. Так что нужно готовиться к тому, что любые публикации, где высказываются версии значимых событий (ведь версия это ещё не достоверный факт, а только лишь предположение), будут блокироваться, лишая людей возможности это обсуждать публично”, - продолжает Арапова, приведя в пример расследования о причинах взрыва в Магнитогорске, о количестве жертв в «Зимней вишне», о том, кто получает прибыль с организации вывоза мусора в Подмосковье.

“Любая острая ситуация, вызывающая общественный интерес, сейчас должна обсуждаться только с позиции «официальной версии», все остальные могут быть признаны опасными «фейками», вдруг они вызовут транспортный коллапс или панику у населения (при этом не имеет значения, вызвали реально ли нет - блокировать можно уже за «угрозу создания помех»), - считает собеседник.

По мнению руководителя Центра урегулирования социальных конфликтов Олега Иванова, фейковые новости, безусловно, нуждаются в дополнительном законодательном регулировании, однако ключевым моментом здесь является «заведомость» недостоверного характера информации:

“Доказать, что человек заранее знал о ложности публикуемых данных, а не добросовестно заблуждался, довольно сложно, если только он сам в этом не признался. Все это создает условия для избирательного применения правовых норм”, - говорит он.

Директор Центра защиты прав СМИ Галина Арапова указывает, что опасность блокировки состоит в том, что заблокировать могут не только конкретную страницу, где опубликован спорный текст, но и весь сайт:

“Это зависит от технических возможностей обеспечить точечную блокировку у исполнителей (а это операторы мобильной связи или интернет-провайдеры), - разъясняет она, - Чтобы разблокировать сайт, нужно удалить публикацию целиком или подавать в суд на Генеральную прокуратуру. Ну вот и представьте - нужна ли вся эта головная боль обычным юзерам интернета? Гораздо легче не обсуждать ничего в Интернете. На кухне за рюмкой чая уж точно не заблокируют, огромные штрафы не назначат. Это серьёзный толчок к самоцензуре”, - уверена Арапова.

Помимо распространения “фейк-ньюс”, серьезные штрафы предусмотрены за публикации, в которых автор проявляет  «неуважение к власти».

“Этот закон уже называют законом «о принуждении любви к власти». Штрафы по нему за «мелкое хулиганство», но не шуточные, доходящие до 400 тысяч рублей. И здесь, чтобы избежать проблем, придётся подбирать слова и выражать недовольство и критику в адрес власти Эзоповым языком, избегая мата, вульгарной, сниженной и другой жесткой, экспрессивной лексики”, - рекомендует Галина Арапова.

Парадоксальным, по ее мнению, является то, что защищаются от оскорбительных высказываний в «неприличной форме» неодушевленные институты - органы власти, государственные символы и даже Конституция РФ, которые очевидно «обидеться» на оскорбления не могут.

“Это вызывает серьёзные сомнения в необходимости вообще таких ограничений, не говоря уже о том, что в УК РФ уже есть статьи, которые устанавливают ответственность и за оскорбление представителей власти и за осквернение государственных символов.

Директор Центра защиты прав СМИ считает, что цель этого закона - заглушить критическую дискуссию в адрес власти, которая не хочет слышать недовольство народа: “Понятно, что хвалят в резких выражений редко, как правило, так только ругают. И за это сейчас будут наказывать любого, кто позволит себе это в Интернете”, - заключает эксперт, полагая, что “адекватными такие законы назвать трудно,и от их принятия выигрывает явно не общество”.

Впрочем, если оценивать пакет законопроектов в целом, то все как обычно у нас бывает: «разбег на рубль, удар на копейку», уверен руководитель Центра урегулирования социальных конфликтов Олег Иванов. По его мнению, “ их техническая реализация не позволяет рассчитывать на то, что эти законы будут работать сколь-нибудь эффективно”.

 

Воскрес ли Христос?

“Получаются, напишешь, что чиновники плохо работают - оскорбишь, напишешь, что работают хорошо - распространишь фейк”, - рассуждают пользователи рунета.

Чем с лингвистической точки зрения оскорбление отличается от высказывания своего мнения?  Где заканчивается одно и начинается другое? И существуют ли границы критики? - за разъяснениями о языковых особенностях законодательных новелл мы обратились к доценту кафедры русского языка и литературы ДВФУ, кандидату филологических наук Наталье Милянчук:

“Что считать выражением явного неуважения к обществу, государству, официальным государственным символам РФ, Конституции РФ и органам, осуществляющим государственную власть в РФ - пока не совсем ясно, скорее всего, это будет уточняться, как говорят юристы, в процессе правоприменительной практики.

Но уже сейчас можно сказать, что ключевым признаком тут будет наличие неприличной формы выражения, к которой относят употребление мата, грубопросторечной, нелитературной бранной лексики. Иными словами, если негативная оценка в адрес общества, государства, органов власти выражается в приличной форме (точнее, если при её выражении не зафиксирована неприличная форма выражения), то это только мнение, пусть и скептическое, критически настроенное; если же негативная оценка выражена в неприличной форме, то это может квалифицироваться как правонарушение и соответствующим образом наказываться..».


Говоря о лингвистической трактовке фейк-ньюс, Наталья Милянчук указывает, что в основе этого понятия лежат три признака: 1) это сообщение о фактах; 2) оно не соответствует действительности; 3) оно имеет (может иметь) опасные последствия для общества.

“В каждом конкретном случае лингвисты могут давать компетентный ответ только на первый из этих вопросов: содержатся ли в тексте сообщения о фактах (или в тексте даны лишь предположения, мнения, оценки). Определять, соответствуют ли изложенные факты действительности, может ли сообщение привести к опасным для общества последствиям, лингвисты не могут, это не входит в нашу компетенцию. Поэтому говорить о лингвистической трактовке понятия фейк-ньюс не приходится”.

Отметим ранее, журналисты спросили спикера Госдумы Вячеслава Володина как им писать о Пасхе. В официальном запросе издание «ТочкаНьюс» поинтересовалось, не будет ли считаться фейковой новостью утверждение, что “Христос Воскресе?”

Комментируя этот пример, кандидат филологических наук Наталья Милянчук, объясняет, что в высказывании "Христос воскресе" отражён не факт (то есть  "действительное, реальное событие, явление; то, что действительно произошло"), а элемент верования, мифологии. Следовательно, данное утверждение не может являться фейком. Но стоит признать остроумие тех, кто обратился с этим запросом в Госдуму, говорит Милянчук:

“Мы не знаем точно, что это произошло, а мы верим в то, что это произошло. Уже по этому признаку это утверждение не соответствует жанру фейкового сообщения. Отсюда вытекает, что это утверждение нельзя проверить на соответствие действительности. И самое главное - вряд ли оно ведёт к нежелательным для общества последствиям”, - заключает лингвист.

Андрей Горюнов

Источник изображения: otvprim.ru


https://otvprim.ru/society/v-rossii_14.03.2019_74904_oskorblenie-ili-fejk-eksperty-objasnili-kak-zhit-pri-novykh-zakonakh.html