Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Аналитика

06/02/2019

Владимир Пахомов: «Надо доверять нашему языку: если это слово ненужное, то оно уйдет»

«Всех, кого ты так сильно любил, обязательно встретишь снова», — пообещал нам «Ундервуд» на вчерашнем концерте, закрывшем программу седьмой конференции Тотального диктанта, — единственной конференции, где обсуждение серьезнейших филологических вопросов может происходить на вечеринке знакомств, где день может начаться с заседания Орфографической комиссии РАН, а закончиться рок-концертом, где в минус 40 тепло от негасимой любви ее участников к русскому языку и тому прекрасному празднику, который им (нет, нам всем) посчастливилось делать вместе, — так отозвался о прошедшей конференции член экспертного совета Тотального диктанта и главный редактор справочно-информационного портала «Грамота.ру» Владимир Пахомов.


Владимир уже улетел обратно в Москву, но журналист «Делового квартала» успел днем ранее встретиться с ним и поговорить о тенденциях в современном деловом и разговорном языке.


Сейчас многие говорят о деградации языка, что сленговые словечки «лол» и «кек» заменят нормальную речь…


— Люди говорили об этом во все эпохи, независимо от того, что в языке происходит: например, в 20-30 годы ХХ века, когда русский язык лихорадило из-за того, что в него начинали входить жаргонные просторечные выражения. В разные времена почему-то так складывалось, что современное состояние языка его носители оценивают как порчу и деградацию. 


Так что же тогда на самом деле происходит с языком?


— На самом деле, то, что происходит сейчас, с одной стороны, уникально, с другой — нет. Уникально тем, что у нас появился этот инструмент — массовые коммуникации (интернет, социальные сети, мобильная связь, мессенджеры). В этих сферах русский язык приобрел такую форму, которой раньше не было. 


Раньше в языке строго различались речь книжно-письменная и разговорная. Сейчас появилось что-то третье. Мы сейчас массово пишем, и то, как мы это делаем, очень походит на устную речь. В такой речи, чтобы передать интонации, чувства и мимику, мы используем различные смайлики, улыбочки, картинки и т.д. Этим наше время и уникально.


А не уникально тогда чем?

— В язык, как и всегда, приходят заимствования, иноязычные слова, и уходит из него ненужное. У молодежи всегда был какой-то особый жаргон. Это нормально, потому что детям и подросткам всегда нужна своя территория, которую требуется оградить и не пускать туда взрослых. 


Очень часто уже взрослые состоявшиеся люди используют этот жаргон в своей речи… 


— Язык интернета тоже во многом состоит из этих словечек. Компьютерный жаргон, интернет жаргон — то, что родилось внутри этой среды и в ней функционирует. То, как быстро здесь происходят изменения, хорошо иллюстрирует «Словарь языка интернета.ru». В него вошли слова, которые отмечаются в языке интернета на протяжении последних лет 15. Там есть мемы 2003-2004 гг. и совсем свежие, 2017 г. — «Карл», например. Очень хорошо видно, как быстро здесь все меняется: мемы, которые лет 10-15 назад были на слуху, сейчас никто не помнит. Такой срок для языка это даже не секунда — полсекунды. 

 

Почему современная аудитория не хочет читать большие тексты?


— Нам сложно читать большие тексты, и это не потому, что мы стали глупыми, а потому что информации стало слишком много. Интернет — такое безграничное пространство: можно прочитать один текст, перейти по ссылке и прочитать другой, и так уходить все дальше и дальше. Сложно сохранять внимание на одном тексте, потому что мы все время на связи — либо в интернете, либо в соцсетях, откуда постоянно приходят уведомления. И мы все время читаем и читаем. 


Не перестанут ли тогда читать вообще объемную художественную литературу, как, например, произведения Достоевского? 


— Сейчас объективно мало у кого есть возможность и время сесть вечером после работы (или после школы), закутаться в плед, включить лампу и почитать книгу. Еще и этим наше время отличается от других эпох: раньше книга была единственным источником развлечения, способом погрузиться в какой-то волшебный мир. А сейчас их так много — ТВ, кино, интернет. Чтению довольно сложно выдерживать конкуренцию с остальными средствами. Просто отключиться от этого онлайн-мира и почитать книгу довольно трудно. 


Не станет ли тогда чтение занятием для избранных?


— Смотря что под этим словом понимать. Люди частенько на вопрос, что они сейчас читают, отвечают «ничего». А потом выясняется, что эти люди много читают по работе — специальную и научную литературу, научно-популярную, нон-фикшн, прессу, газеты, журналы, статьи в интернете, электронные книги. Но они не называют это чтением, которое в представлении многих — это сидение на диване с книгой. 


Чтение художественной литературы и погружение в этот особый мир продолжает существовать и быть востребованным. Мы листаем не только бумажные, но и электронные книги, еще и слушаем в формате аудио — это тоже погружение в историю, сопереживание персонажам и т.д. Просто разные формы. 


Откуда столько заимствований в деловом языке? В частности, американизмов. 


— Русский язык всегда был открыт для заимствований, и это для него очень естественный процесс. Всегда были противники: считали это порчей языка, его деградацией. А ведь многие слова, которые мы считаем исконно русскими, на самом деле пришли к нам издалека. У нас очень много слов с востока, скандинавские, греческие и т.д. Наше время — это период заимствований из английского, потому что это язык бизнеса и информационных технологий. Но это тоже не навсегда, завтра, может, такую функцию будет выполнять китайский. 


Противники заимствований говорят, мол, зачем нам эти непонятные нерусские слова, когда так много хороших наших? 


— Иностранные слова у многих вызывают вполне естественную защитную реакцию, как на что-то новое и непонятное. Но нужно доверять нашему языку: если это слово ненужное, то оно уйдет. Здесь нельзя говорить об искусственном ограничении использования иностранных слов, а стоит делать акцент на уместности их употребления. 


Например, во время каждого Чемпионата мира по футболу актуализируется слово «мундиаль». И был вопрос Грамоте.ру: зачем нам нужно слово «мундиаль», если есть хорошее русское слово «чемпионат»? Но ведь это слово тоже не исконно русское, а английское. Но именно для русского языка слово «мундиаль» неблагозвучно: некоторое сочетание звуков в нем может вызвать не очень уместные ассоциации. Может, именно поэтому слово не приживется в языке.


А популярное слово «зафрендить» заимствованное или уже стало нашим? 


 
— В соцсетях употребляется именно иноязычный корень «френд», потому что для тех, кого мы часто добавляем в друзья, не всегда подходит определение «друг». Для них скорее подходит более общее и нейтральное «френды». Ну, и словосочетание «добавить в друзья» длинное (да и смысл какой-то странный), а «зафрендить» — короткое, его проще и быстрее произносить. Именно поэтому оно прижилось в русском языке. И, кроме того, слово «зафрендить» уже обрусело, ведь оно образовано по нормам русского языка: к иностранному корню прибавились приставка и суффикс. 

Что ждет язык в будущем?


— Интернет тоже ведь не навсегда. Меняется он сам и коммуникация в нем. Без сомнения, нас ждут в недалеком будущем какие-то новые формы взаимодействия — может, это будут аудиосообщения. Мы очень любим оценивать язык по нескольким годам, но у него в прошлом и будущем — столетия развития. Интернет по меркам языка — одна секунда. Конечно, он повлияет как-то на литературный язык, но не в состоянии затронуть его базовые структуры.

 

Автор: Мария Безденежных


http://nsk.dk.ru/news/vladimir-pahomov-russkiy-yazyk-priobrel-formu-kotoroy-ranshe-ne-bylo-237117570