Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Аналитика

05/02/2019

Суд над русским языком. Как юристы борются с двусмысленностью

Русский язык многозначен - в нем масса оттенков, одно и то же слово может иметь несколько значений. И от того, какое из них предпочтет судья, будет зависеть суть его решения по делу. Чем руководствуются наши судьи для определения значения «спорного» слова? Этим вопросом задались эксперты СПбГУ. В 2016 - 2018 годах они провели серию исследований, проанализировав более 1500 судебных решений. Результаты этой огромной работы представлены в книге «Законодательство о государственном языке в российской судебной практике». 

Казалось бы, в руках судей есть эффективный инструмент - перечень словарей и справочников, утвержденный приказом Минобрнауки от 8 июня 2009 года. Однако, как выяснилось, в нем отсутствует толковый словарь современного русского литературного языка для его использования как государственного. И потому в спорных случаях судьи зачастую обращаются... к Интернету.


Так было, к примеру, когда в одном из судов слушалось дело о защите деловой репутации автосалона. Его клиенты, недовольные обслуживанием, написали на заборе салона: «Потребителей нельзя кидать». Такая же формулировка появилась на специально созданном сайте. Салон, естественно, обратился в суд, и тот решил обратиться к «Викисловарю», где были приведены два значения слова «кидать»: первое - «бросать; придавать какому-либо предмету скорость, заставляя его быстро перемещаться, не касаясь земли», и второе - «обманывать, подводить, предавать, не выполнять определенную договоренность».

Ознакомившись с данным разъяснением, судья сделал вывод, что из указанной надписи неясно, какие именно действия в ней подразумевались. Не увидел и доказательств того, что она относилась к владельцам автосалона. В конце концов он решил, что ее авторы имели в виду первое значение слова и обидеть никого не хотели.

Причиной судебных споров также зачастую становится буква «ё» в именах собственных. Так, в одном из проанализированных дел причиной разбирательства стал иск многодетной матери к районному управлению Пенсионного фонда РФ, которое отказало ей в направлении средств материнского капитала на погашение ипотечного кредита. Причиной отказа стало разночтение в записи фамилии женщины в свидетельствах о рождении детей и в документе, удостоверяющем личность: в одних документах фамилия была написана с буквой «е», в других - с «ё».

В таких случаях суды опираются на правила русской орфографии 1956 года, в которых указано, что буква «ё» пишется в случаях, когда необходимо предупредить неверное чтение и понимание слова либо когда необходимо указать произношение малоизвестного слова. При этом существует немалое количество несогласованных между собой актов различных органов власти, принятых в форме писем, рекомендаций, разъяснений, которые по-разному регулируют этот вопрос.

Еще один лингвистический камень преткновения, который часто встречается в судебной практике, - использование нецензурных слов в письменной или устной речи. Наличие таких слов в решении суда даже в виде дословной цитаты, например, из материалов допроса, может привести к отмене судебного решения. Определить пределы допустимого могли бы официально утвержденные толковые словари или словарь нецензурных слов. Но их нет, и суд вынужден руководствоваться произвольно выбранным источником.

Языку рекламы, в котором игра слов зачастую выглядит как провокация, эксперты в своем исследовании уделили особое внимание. Реклама - сфера, где наиболее часто возникают споры о нарушении правовых требований к использованию государственного языка. Здесь, по наблюдениям юристов, можно выделить два основных вида нарушений: употребление бранных или непристойных слов и нарушение орфографии, пунктуации или грамматических норм русского языка.

Показателен пример с использованием слова «песец», которое неоднократно в составе того или иного словосочетания оказывалось частью рекламы с двусмысленным значением («песец идет», «полный песец»). Ни в каких словарях это слово не сопровождается специальными пометами, указывающими на его принадлежность к бранной, жаргонной лексике. Однако, по мнению лингвистов, проводивших экспертизу, рекламные тексты с такими словосочетаниями могут предполагать иные значения составляющих их слов. Необходимо иметь в виду и контекст, и отсыл к культурным знаниям носителей языка, которые в данном случае понимают этически неприемлемый смысл подобных рекламных сообщений.

Юристы СПбГУ отмечают, что для признания рекламы с такими словами недопустимой некоторые суды требуют проведения социологического опроса. Он, по их мнению, должен определить, каким смыслом чаще всего наделяют это слово наши соотечественники. А пока это не установлено, судьи утверждают, что «песец» - всего лишь «полярная лисица с короткими ногами, длинным пушистым хвостом и белой или серовато-дымчатой окраской». И хотя такой «источник права», как социологический опрос, никаким законом не предусмотрен, другого «советчика» у судьи просто нет.


Роман Туманов

(По материалам пресс-службы СПбГУ)

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 020 (6373) от 05.02.2019 под заголовком «Словарь для судьи».


https://spbvedomosti.ru/news/country_and_world/slovar_dlya_sudi/