Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Аналитика

10/04/2018

Подстава на амвоне

Юлия Меламед о том, как блатняк влияет на мозги.

Ахаха. Всеми уважаемый пресс-секретарь Патриарха Александр Волков написал отповедь (не гневную, а умную) по поводу священника Венедикта Циркова, спевшего блатную «Мурку» в храме, и при этом сам в своей безупречной речи использовал уголовное блатное словцо «подстава». И эта лексика — не от странного Циркова, который не понятно как много лет возглавлял приход в Москве, — а от умнейшего, очень хорошо образованного и очень фильтрующего базар (хаха) Волкова, — даже еще больший трагический знак времени, чем собственно «Мурка» за столом. Иначе не могем уже.

А тут была поинтереснее история. Не то что Цирков — а другое. Вышел пьяный батюшка на амвон проповедь читать. Ну, начал, значит, проповедь... Бабки пожилые слушают. Вы чего, говорит, туда-сюда, шалавы такие, че здесь делаете, у каждой небось по 10 абортов, а тоже — стоите тута. А когда подохнете, что будет? Ангелы же вас, шалав, от Божьих врат, поганейшей метлой погонят. И дальше мат-перемат...

Так что б вы думали? Местные потом долго еще спрашивали: ой, а когда еще этот батюшка приедет, такой хороший, все так объяснил хорошо, все понятно.

С матом, стало быть, сразу до вас дошла мысль? Без мата вы, шалавы такие, ничего не понимаете?

Пару слов о происшествии... Никакого канонического нарушения в пении «Мурки» нет.

Вроде бы. Каноническое право состоит из такого огромного количества правил, иногда применяемых, иногда спящих. И под какое конкретно каноническое правило можно подвести пение дурной песни — не знают даже сами священники.

Другое дело, что называется, моральный облик. На кого больше должен быть похож священнослужитель? На Сергия Радонежского? Или на любимава Маруси Климовой? А? Другое дело номер два: священники все чаще фигурируют в уголовной хронике — и это норм. Служители дружат с криминальным миром и бравируют этими связями.

Третье дело, почему Цирков ваще в Москве? На каком основании этот дядя возглавлял приход? А в своей епархии ни разу не служил? Потом его услали обратно, и это — та-дам — наказание? А где настоящее наказание, братва?! Где? Вместо наказания — восстановление нормальной ситуации? А в своей эпархии служить он может. Этого права его не лишили.

И наконец, то, о чем я действительно хочу сказать. О блатняке в нашей культуре. Действительно, блатная песня переживала несколько волн. У нас полстраны сидело в лагерях.

Вы спрашивали, братва, что такое диалог культур? Отвечаю. Вот это вот и есть диалог культур. Вот вам, братва, субкультура, перешедшая в доминирующую культуру.

Сперва (в советское время) из лагерей возвращались зэки и обратно возвращались в лагеря, обогащая культуру своеобразной лексикой. А потом в 90-е зэки пришли в политику, бизнес, в элиту. От министра по делам печати и коммуникаций, позже советника президента, мы слыхали такие слова, ох, какие слова мы от него слыхали, что для того, чтобы понять, что он имел в виду, бросались к словарю жаргонных слов и выражений, да и в другие высокие кабинеты хаживали мы с этим словарем.

Сегодня очевидный блатной налет в попсе никого не удивляет, успех Шнура никого не удивляет, то, что российские дипломаты говорят как урки, никого не удивляет.

В 70-х Евтушенко написал стихи: «интеллигенция поет блатные песни», где (высокомерно и трагически заламывая руки) зафиксировал факт, что «Мурку» «поют врачи, артисты и артистки. Поют в Пахре писатели на даче, поют геологи и атомщики даже. Поют, как будто общий уговор у них или как будто все из уголовников… С тех пор, когда я был еще молоденький, я не любил всегда фольклор ворья».

Далее поэт сообщает, что сам отдает предпочтение песням про революцию.

Вот и ответ. Блатняк пели те, кому не лезли в горло песни революции. Оппозиция эстетически шла в сторону блатняка.

Так предельно упрощенный мелодизм, предельно упрощенные тексты, но главное, мировоззрение урок впитывались в нашу культуру.

В поздние 1970-е очень многие исполнители начинали с блатняка — они собственно и раскрутились на этом. Интересно то, что люди другой культуры (даже Высоцкий и Псой Короленко, может быть, и Розенбаум тоже) чтобы раскрутиться, вынуждены были начинать с блатняка. Это был своего рода культурный трамплин, лучшее действующее средство-промоушн. Потому что народ так любит, народ так понимает, так лучше всего стартовать...
 
 Посмотрите, на этоv самом видео не только же священник поет «Мурку», но ведь и народ подпевает, подпевают пожилые вполне благочестивые тетеньки. Им нравится...

Я когда про такие вещи говорю, всегда о проповеди пьяного батюшки-матерщинника думаю и о том, чем же он так полюбился прихожанам. Потому что свой человек-то, свой... не чужой, сразу видно...


https://www.gazeta.ru/comments/column/melamed/11712061.shtml