Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Аналитика

27/03/2018

Русская орфография в жерновах истории

Участники автопробега по маршруту Новосибирск — Владивосток, организованного в поддержку «Тотального диктанта-2018», прибыли в Иркутск 26 марта. Главный редактор портала «Грамота.ру» Владимир Пахомов прочитал в актовом зале Института филологии, иностранных языков и медиакоммуникации ИГУ лекцию о развитии правописания русского языка за сто лет — с последней крупной реформы 1918 года, и о том, что может произойти с нашей орфографией в ближайшем будущем.

Долгая история реформы правописания

Реформа 1918 года была проведена в несколько этапов и значительно изменила не только орфографию, но и саму историю нашей страны. Сегодня ее 100-летие (как и 100-летие революции в прошлом году) отмечают больше ученые и энтузиасты истории, чем государство.

— Разговор о реформе нужно начать с имени великого филолога Якова Карловича Грота, который в конце XIX века систематизировал русское правописание. Современные правила правописания лингвисты называют «Гротовскими правилами». Он учился в Царскосельском лицее на девять лет позже Пушкина, и окончил лицей первым по всем предметам. Несколько лет изучал скандинавские языки, знал шведский, переводил на финский учебник русского языка. Главный его труд назывался «Спорные вопросы русского правописания от Петра Великого доныне», а справочник «Русское правописание», изданный в 1885 году, до революции 1917 года выдержал 22 переиздания, — рассказал Владимир Пахомов.

У автора столь значимого труда были, однако, и определенные ошибки: он, например, предлагал писать не «ветчина», а «вятчина», связывая этот термин с процессом изготовления вяленого мяса. Когда Грот стал признанным авторитетом в русской орфографии, в стране царило мнение: русское правописание чрезвычайно сложное, запутанное и хаотичное. Многочисленные группы учителей обращались в Академию наук с призывами провести реформу и сделать правописание более систематичным и простым, чтобы облегчить доступ к грамоте для всех детей. Учителя прямо называли некоторые правила «мусором, загромождающим дорогу просвещения».

Орфографическая комиссия при Академии наук была создана в 1904 году под председательством Филиппа Фортунатова, а после его смерти в комиссии работали известные филологи Шахматов и Бодуэн де Куртенэ. Царское правительство не приняло ни один из предложенных вариантов и лишь 11 (24) мая 1917 года, уже при Временном правительстве, Орфографическая комиссия одобрила реформу. Символично, что это день Кирилла и Мефодия, авторов русской письменности. Предполагалось, что новое правописание будет вводиться постепенно, однако революция смешала все планы. Первый декрет советской власти о правописании был подписан 5 января 1918 года, но на него мало кто обратил внимание: даже печатные органы большевиков выходили по старой орфографии. И лишь после второго декрета от 10 октября 1918 года новые правила начали действовать.

— Большевики ничего не говорили о том, что реформа готовилась несколько лет опытными лингвистами в результате многолетней работы. Зато по всем типографиям прошли вооруженные люди, которые изъяли отмененные буквы, чтобы не было даже технической возможности печатать по старым нормам, — пояснил Владимир Пахомов.

Самыми крупными новшествами стала отмена букв «I» (кстати, у Льва Толстого было всего одно издание знаменитого романа с такой буквой — и это была опечатка, Толстой действительно имел в виду мир как отсутствие войны, а не «мiръ» в значении «общество»), «?» (фита), знаменитых «Ъ» (еръ) и «?» (ять) и некоторых других. Никакой логики в использовании того же ять не было, приходилось просто зазубривать список слов, в которых он использовался.

— Были разные мнения: говорили, например, что ять служит для того, чтобы отличать грамотных от неграмотных. Это сложный дискуссионный вопрос о том, что важнее: иметь небольшой набор высокообразованных людей, или облегчить доступ к грамоте широким слоям населения. Еще одно такое важное новшество — отмена «Ъ» на конце слов. В древности он передавал особый гласный звук, потом обозначал конец слова, а после появления традиции разделять слова при письме пробелами, он остался лишь по традиции. Никакой иной нагрузки он не нес, — отметил Владимир Пахомов.

Некоторое время после революции использовался апостроф «`» вместо твердого знака. Это было следствие того самого изъятия твердого знака из типографий, поэтому был найден временный выход в виде использования апострофа вместо привычного знака. Сейчас, оказывается, лингвисты говорят о том, чтобы отменить твердый знак и ввести универсальный разделитель после приставок — мягкий знак. Реформа унифицировала использование приставок с буквой «з» (теперь она пишется перед гласными и звонкими согласными, а «с» — перед глухими согласными), отменили окончания -аго, -яго в родительном падеже и так далее.

Увязывание реформы с большевиками и их декретами разделило общество по идеологическому признаку: противники большевиков не признавали новое правописание, сторонники — приветствовали. Отказ от коммунистической идеологии в 1990-х сопровождался и некоторыми попытками вернуться к старой орфографии — одну из них мы видим в логотипе газеты «КоммерсантЪ».

— Некоторые авторы обратились к прямому мракобесию: они обвинили большевиков в том, что они напустили в язык «бесов», имея в виду приставку «бес-». Тем самым они выдают только свою безграмотность, потому что в русском языке слово «бес» всегда писали с ятем, — отметил Владимир Пахомов. — Реформа же позволила в кратчайшие сроки ликвидировать неграмотность.

На правительственном уровне

К сожалению, считают современные лингвисты, реформа русского языка 1918 года решила далеко не все проблемы. Например, остался мягкий знак в конце слов после шипящих, не разобрались с написанием «о/ё» после шипящих. В 1929 году была создана новая Орфографическая комиссия, которая в 1930 году представила новый проект упрощения орфографии — который, однако, не был принят. В этом проекте было предложено окончательно отменить «Ъ», писать «О» под ударением после шипящих (пчолы, щоки), оставить сдвоенные согласные только на стыке морфем, а сложные прилагательные писать только слитно (северовосточный).

В 1934 году начались работы по упорядочению орфографии, которые завершились в 1939-м постановлением Совета Народных комиссаров о создании правительственной комиссии по разработке единой орфографии русского языка. В 1940 году были определены единые правила, но работы прервала война и лишь в 1956 году были изданы «Правила русской орфографии и пунктуации» — первые и единственные в истории страны правила, утвержденные правительственным решением. Одновременно вышел в свет «Орфографический словарь», представленный широкой общественности 26 мая 1956 года статьей в «Учительской газете». Новые правила поступили в библиотеки и школы в августе того же года, чтобы к 1 сентября учителя могли ознакомиться с новыми требованиями.

Именно с этого момента исчезли многие слова с сочетанием цы- (цынга, цыновка, панцырь), упростилось написание -ы- или -и- после приставки без- (безыдейный), оттенки цветов стали писать через дефис (бледно-розовый), дефис появился и в словах «по-видимому, по-прежнему», зато исчез в слове «вовремя». Все эти решения преследовали одну цель: убрать все исключения, оставив единое правило. Многие, в том числе студенты, приняли эти перемены болезненно, но вскоре к новшествам привыкли.

Среди лингвистов и после этой важной вехи оставались недовольные. В 1964 году была подготовлена очередная реформа, в которой предлагали, в частности, ввести слово «заец» и «огурци». Распространено мнение, что эта реформа была связана с неграмотностью Хрущева, но лингвисты знают, что все было намного сложнее и с Хрущевым не связано никак. На самом деле сложности испытывали многие: исследование грамотности в школах Москвы показало, что от 40 до 50 процентов школьников делают ошибки в словах с удвоенной гласной и ряде других.

— Есть мнение, что раньше все были грамотные, а сейчас грамотных меньше, но это совершенно неверно. Неграмотных было много всегда, — отметил Владимир Пахомов. — В новую Комиссию по усовершенствованию орфографию вошли лингвист Виктор Виноградов, писатель Корней Чуковский, составитель знаменитого словаря Сергей Ожегов — не самые глупые люди. Инициатива исходила от властей, значительная часть общества приветствовала эту работу, и особенно горячо об упрощении орфографии говорили учителя.

Предложения по усовершенствованию орфографии были опубликованы в 1964 году и включали (помимо уже упомянутого «заец») «обьём» вместо «объем», «жури», «стекляный» и написание всегда «и» после «ц». Против выступили люди, которые исходили не из написания, а из звучания: «То есть когда наша ледовая дружина громит канадцев, с трибун вместо одобрительного “молодцы” будет звучать визгливое “молодци”?!». Отношение к предложениям лингвистов резко изменилось 15 октября 1964 года, то есть в день снятия Хрущева — все газеты, которые писали одобрительные статьи, начали писать отрицательные и критиковать лингвистов. Впрочем, были и такие авторы, которые критиковали лингвистов за недостаточную радикальность, за слишком небольшое количество нововведений.

Перемены, отмененные общественным мнением

После 1964 года радикальных реформ уже не было, хотя от издания к изданию «Орфографического словаря» отдельные слова меняются — например, птица зарянка раньше писалась через «о» как исключение. В 1990–2000-х годах в Орфографической комиссии шли работы, которые завершились предложением в начале 2000-х нового свода правил правописания. Было опубликовано объяснение принципов употребление букв в русском языке, устранены лакуны в правилах 1956 года (знаменитое у лингвистов слово «разыскной»), разрешено писать с большой буквы некоторые религиозные термины (бог, рождество и т. д.), описаны новые слова (начинающиеся с онлайн..., медиа..., мини...). Были и предложения, от которых сами авторы отказались под давлением общественного мнения — «конвеер», «брошура», «феерверк».

— Дискуссия была очень бурной и пресса сыграла зловещую роль, — пояснил Владимир Пахомов. — Шла откровенная травля лингвистов, писали, что идет явная поддержка неграмотности и так далее. На таком фоне работать стало невозможно, но в 2006 году были изданы новые «Правила русской орфографии». Сейчас это настольная книга для всех редакторов и корректоров, ею же руководствуется «Тотальный диктант». Официально действуют правила 1956 года, но они уже во многих пунктах устарели, а свод 2006 года хотя бы самый полный и самый корректный. Расхождений с правилами 1956 года не так много, но нам все-таки нужно снять коллизию. Не реформа, но придание этому справочнику официального статуса.

Реформирование правописания, изменение графического облика слова для многих людей связано с изменением свойств описываемого предмета: кому-то казалось, что мел (с «е», а не с ятем) не белый, а серый; хлеб без ятя утратил свой вкус и так далее. По прошествии нескольких лет новый облик слова становится привычным и даже если бы действительно было принято решение писать «молодци», произношение слова от этого бы не изменилось.

— Мы привыкли считать изменения в языке чем-то плохим. Потому что на уроках русского языка нам не рассказывают о том, что язык терпит варианты, что язык всегда меняется. Когда мы видим смену времен года — это нормально, а смену ударений — принимаем как катастрофу. Это болезненно, но это естественный процесс, — завершил свою лекцию Владимир Пахомов и показал сборник предложений по реформированию русского языка, изданный в 1964 году. В этой довольно большой по объему книге собрано все, что когда-либо предлагалось изменить. И сегодня нельзя придумать ничего нового: практически все, что, по мнению ученых, нужно изменить, уже есть в этом томе. Но в ближайшем будущем в орфографии никаких перемен не будет: язык меняется только в то время, когда происходят большие перемены в политике, и эти революционные изменения закрывают собой «орфографический катаклизм». Действительно, было всего две такие крупные реформы: Петра I и 1918 года.


https://altairk.ru/new/culture/russian_orthography_in_the_jaws_of_history