Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

Аналитика

05/02/2018

В чем хайп? Лингвист-эксперт Индира Нефляшева о новом русском

Тема чистоты русского языка периодически всплывает в обществе, особенно когда наша речь активно пополняется или, по мнению некоторых, засоряется иностранными словами. Однако процесс этот в пору интернета и глобализации вряд ли можно притормозить. Не успело войти в нашу речь слово «хайп» (шумиха вокруг чего-то), как уже появились его производные — «бесхайповый», «хайпануть», «хайпня» и т.д. О новинках русского языка, хайпе и бренде «Советская Адыгея» наша беседа с лингвистом-экспертом, кандидатом филологических наук Индирой Нефляшевой.

— Сейчас стало модным выбирать самые популярные слова из нашей речи. По итогам прошлого года лидерами такого рейтинга стали реновация (московская программа по сносу мало­этажного жилья), биткойн (виртуальная электронная денежная единица), хайп, токсичный, баттл, допинг, криптовалюта и другие. Какое, на ваш взгляд, у них будущее?

— Вообще мне нравится эта традиция — выбирать слово года. Для России она относительно новая (появилась в начале 2000-х), а в других странах существует давно. На русскую почву ее перенес языковед Михаил Эпштейн. Существует Экспертный совет при Центре творческого развития русского языка, куда входят профессиональные филологи, лингвисты, журналисты, писатели, которые отбирают слово года, а потом выносят результаты на общественное обсуждение, в том числе в социальных сетях. История показывает, что это очень интересный отбор. Помимо слов выбираются выражение года, окказионализм года. Интересно, что в рейтинг попадают как известные слова, так и новые, которые только появились и привязаны к какому-то событию или моменту и вскоре могут исчезнуть из обихода. Эта традиция положительная в том плане, что популяризирует все процессы обновления лексического (словарного) состава языка. Таким образом, привлекается внимание к тому новому, что в языке поменялось.

Думаю, «реновация» надолго задержится в языке, возможно, и «хайп» тоже. Привыкли же мы к слову «гуглить». Как правило, такие новообразования очень экспрессивны, ибо в одном отрезке вмещают какое-то большое содержание, которое выражается в нескольких словах. Искать что-то в интернете при помощи поисковой системы Гугл — длинная трудная фраза, а «гуглить» — коротко и емко. Конечно, как патриоты, мы хотим использовать свою российскую систему поиска Яндекс. Кто-то пытается придумать аналог слову «гуглить». В интернете встречается фраза «Я пояндексил». Но звучит специфично и трудно. Приживется ли это слово? Посмотрим.

— Вообще не все придуманные нами словечки язык принимает…

— Да. На первом курсе студентам-филологам преподаватели неоднократно повторяют: язык — самоорганизующаяся система. В какой-то момент она может быть нестабильна, открыта для изменений. Как правило, это связано с какими-то политическими катаклизмами. Тогда язык открывается для новых слов. На нашей памяти такие периоды были не так давно: например, перестройка, когда в язык вошло много новых слов и выражений. Другой период — развитие электронной техники, когда с появлением различных гаджетов расширился лексический запас технической сферы, связанной с нашей жизнью. В такие узловые моменты, когда язык нестабилен, он допускает много новых слов, потому что они нужны для обозначения новых понятий или предметов в нашей жизни. Но потом язык приходит в равновесие и сам себя регулирует.

— Можно ли говорить о том, где больше «хайпа» — в столице или провинции?

— Мне кажется, что сейчас понятие провинции исчезло. Практически у каждого сегодня есть доступ в интернет. А когда находишься в этой мировой паутине, теряешь всякую провинциальность. Все зависит от того, в какой ты информационной среде находишься. Если ты подписан на современные продвинутые медиа, то абсолютно теряешь привязку к географии. То есть, когда слово «хайп» появилось, оно появилось сразу и везде. Конечно, большую роль в его распространении сыграла реклама. А то, что повторяется бесконечно, быстро входит в обиход.

— Наверняка, многие филологи сейчас возмущаются: что за баттл, что за хайп? Опять иностранные словечки!

— Это нормально. Есть два направления в филологии. Это пуристы, которые выступают за чистоту языка, считая, что он должен ограниченно пополняться новыми словами и желательно исконно русского происхождения. А есть другая группа ученых, считающих, что язык сам разберется. Это извечный спор двух научных подходов. Практика показывает, что вторые оказываются правы. Пользователи языка не могут ничего навязать языку. Мы можем лишь следить за тем, чтобы наша речь была грамотной. Вот здесь действительно большие проблемы: ведь речевая грамотность — это не только орфография и пунктуация, но это и грамматика, правильное согласование слов, склонение фамилий...

Недавно мне пришлось участвовать в обширнейшей дискуссии, в которой предлагалось обозначать профессионалов определенной сферы жизни, если они женщины, то есть использовать «феминитивы», для создания которых предлагается использовать разные суффиксы, самый нейтральный из которых — «к». Автор — авторка, редактор — редакторка, юрист — юристка, продюсер — продюсерка, журналист — журналистка. В официальных словарях для них есть пометка — разговорное. В устной речи можно друг друга называть «юристка», «журналистка» или «адвокатесса». Но в официальной речи, в языке СМИ это неуместно. Нужно использовать литературный вариант — юрист, журналист, адвокат.

И все же в последнее время такие слова уже стали появляться в некоторых печатных изданиях. Феминистически настроенные граждане отстаивают право на гендерное равноправие даже в языке. То есть если слово «юрист» грамматически принадлежит к мужскому роду, то должно быть и слово женского рода. В качестве аргумента приводятся другие языки (английский, испанский), в которых происходят подобные процессы. Мы, лингвисты, считаем, что в русском языке наименования лиц по профессии мужского рода нейтральны и не несут значения пола. То есть юристом, судьей, майором полиции могут быть и мужчина, и женщина. А когда мы добавляем к этим наименованиям женский суффикс, мы, наоборот, подчеркиваем, что профессионал — женщина. На мой взгляд, получается обратный эффект того, что хотят феминистки — не делать различий.

Прежде всего, на мой взгляд, нужно стремиться к грамотности.

— Тотальный диктант по русскому языку, координатором которого в Адыгее являетесь вы, призван решить эту проблему?

— Тотальный диктант призван, прежде всего, обратить внимание на язык, на грамотность, на культуру речи. Будучи взрослыми людьми, оторвавшись от школьной скамьи, мы, к сожалению, забываем о такой субстанции, как язык. Воспринимаем его только как средство общения. Когда появилась такая интересная акция, как тотальный диктант, она вызвала неподдельный отклик. Людей ведь нельзя заставить, подкупить, пригрозить участвовать в чем-то. Каждый год мы видим, с какой радостью, искренними эмоциями приходят на тотальный диктант любители русского языка. Эта акция затрагивает какие-то струны души. Мы хотим возвратить людей к восприятию языка как уникального явления. В этом году тотальный диктант состоится в Адыгее уже пятый раз. Ежегодно акция собирает более 100 человек. Это не так много, как в других диктантах, но мы не гонимся за количеством. Главное — желание людей.

— Сегодня старейшая газета республики «Советская Адыгея» меняется по форме и содержанию. Обсуждается и смена названия. Не пора ли и ему стать более современным? Вы много лет занимаетесь ономастикой (наука об именах). Какое ваше мнение — менять или не менять?

— Наименование — это определенный знак, то есть не просто значение слова, но еще и какая-то символика. Когда слово превращается в знак, теряется его семантическая составляющая. Значение стирается, и остается символ. Для меня, как для читателя, «Советская Адыгея» — это бренд, имя, уровень, история, традиции. Это тот случай, когда буквальное значение слов стерлось, а название превратилось в знак, символ. Вряд ли кто-то из нас, открывая газету по утрам, ассоциирует ее с «Советами» как органами власти. Это старое название газеты, которая остается молодой. Я за то, чтобы оставить название в том виде, как оно существует сейчас. Это так же ностальгически приятно и ценно, как и памятник Ленину в центре Майкопа. И то, и другое выстояло в бурю перестроечных перемен.

Я считаю, что нужно менять название только тогда, когда точно знаешь: новое однозначно лучше. Когда возвращают старые названия улицам, городам — это возврат к истокам. Возобновляется связь между именем и территорией. В этом плане, на мой взгляд, удачное название аула Мафэхабль — «счастливый аул». И звучит красиво, и значение хорошее, и сразу вписалось в нашу топонимическую систему. Если появится у газеты одно­значно такой красивый вариант названия, наверное, можно будет поменять. И то не сразу. Его нужно будет обсуждать, проводить соцопросы, подготовить аудиторию.

Пусть «Советская Адыгея» будет старейшей традиционной газетой, которая всегда будет восприниматься главной в республике. У нее однозначно статус газеты номер один, а новые газеты пусть появляются с современными названиями.

ТОП-10 слов 2017 года
1.Реновация
2.Биткойн
3.Хайп
4.Токсичный
5.Баттл
6.Допинг
7.Криптовалюта
8.Фейк
9.Безвиз
10.Домогательство/харассмент

По данным экспертного совета при Центре творческого развития русского языка.

 

Автор: Татьяна Филонова


Фото Артура Лаутеншлегера
 


http://sovetskaya-adygeya.ru/index.php/intervyu/13997-v-chem-khajp-lingvist-ekspert-indira-neflyasheva-o-novom-russkom